Виртуальная планета. Творческий форум.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Виртуальная планета. Творческий форум. » Авторская проза форумчан » Личная страничка Ведьмы Марго


Личная страничка Ведьмы Марго

Сообщений 31 страница 54 из 54

31

Размышление: проще - это глупее?
"Будь попроще", как часто эту фразу нам говорят, а сколько раз используем сами? Не замечали?
"Будь попроще" - а это как? Стать неандертальцем, дебилом или инфузорией туфелькой, ну, чтобы совсем просто?
Мы её употребляем, когда нас напрягает собеседник, втягивая в свои проблемы, заботы, тревоги, а нам в данный момент - весело, неохота говорить или просто по фигу. Да, конечно, с человеком, который беззаботен, очень легко и  забавно, мы с ним забываем о своих трудностях, отдыхаем душой, "отключаем" мозг и понимаем, как же нам повезло встретить такого человека - релакса. Правда здорово?  Да и мы сами становимся, под влиянием ауры собеседника, такими же воздушными, не привязанными к бытовым мыслям. Но.., как всегда, есть но... Мы никогда не задумываемся, а каково такому человеку, возможно он весел, лишь для того, чтобы поддержать нас, чтобы увидеть нашу улыбку, ведь он понимает, как ценно  его общество нам.
А когда мы встречаем этого человека, с опущенной головой и уголками рта, с грустными глазами, конечно мы встревожимся, что произошло, а он расскажет... И вот такое состояние вы замечаете у него всё чаще и чаще, а вы приходите к нему, чтобы расслабиться и забыться, но того веселуна нет, на его месте обычный, с кучей комплексов житель этого несовершенного мира...И тут мы говорим эту фразу "Будь попроще... это пустяки, это пройдёт" - подразумевая -  "Нууу, выбрось всё из головы и давай поболтаем, повеселимся, мне надоело твоё нытьё". "Будь попроще" - стань таким, чтобы Мне было с тобой удобно, не плачь, когда мне хорошо и не требуй от меня то, что мне не нравится делать"... Ведь так?
А когда нам говорят такую фразу, что делаем мы? Как стать проще? А куда деть сложность натуры и характера? Если "проще" - тогда мы не будем уже теми, кеми являемся на самом деле. А ведь наша ценность в сложности и неожиданности сути нашей натуры.
Возможно я зануда и в этом нет ничего плохого, просто словесные клише, которыми мы разбрасываемся, не задумываясь? ...

0

32

Одиночество
Одиночество...Оно следует за каждым живым существом по пятам на протяжении всей жизни.  Оно незаметно, будто невзначай, вползает в душу, и норовит остаться в ней навсегда, подчинив нас, свести с ума...   И мы обзаводимся друзьями,  домашними животными,  лишь бы не чувствовать холодных прикосновений одиночества, лишь бы рядом был кто-то, кому бы мы могли заглянуть в глаза и увидеть в отражении своих глаз кого-то, а не лишь своё отражение. Иногда,  находясь в толпе людей или среди друзей понимаем, что, чем громче мы смеёмся, тем более одинокими становимся. Но это почти незаметно, почти необъяснимо, почти не больно...
Сильные духом, сопротивляются и победив, запирают одиночество в клетку в дальнем углу своей души. Слабые, отдаются ему, позволяя завладевать сознанием и менять жизнь на существование... Так было и  так будет всегда...
Но. Когда стала одинокой я? Не помню, совсем не помню... Только, когда я  начала смотреть на сползающие по стеклу капли дождя, запрокидывать голову к звёздному небу, гладить взглядом гладь озера и  прикрыв глаза, слушать шуршание осенней листвы, я поняла, что оно пробралось и ко мне. Испугавшись, я стала врываться в жизни других людей, заполняя себя их дыханием, голосами и присутствием, пытаясь заполнить ту часть в которой поселилось существо с бездонными глазами. Оно  всё чаще говорило со мной, заставляя уходить в свои мысли и желать уединения, подавляя желание быть среди людей, заменяя жизнь созерцанием и размышлением, оно влюбляло в себя, и я стала затворницей.  Оно разрушало мои связи, оно уводило от меня людей, и я, улыбаясь поддавалась ему...
.. сегодня я проснулась и  почувствовала, что мне нужно изменить свой мир, свою суть. Выскользнув с тёплой постели, я на цыпочках  прошла в мастерскую и поставив холст на мольберт,  начала писать себя и того, кто будет рядом со мной, помогая изгонять одиночество.  В ночь, когда даже луна была совершенна и полна,  я взяв кисти в обе руки начала создавать нас...
Белым снегом я создала кожу нам обоим, чтобы быть чистыми и восхитительно нежными.
В левую руку взяла карамель и нарисовала растрёпанные волосы будущей чувственной особы, в которую превращусь я. В правую - русый цвет заячьей шерсти,  оставляя им на холсте след  твоих волос. Растапливая молочный  шоколад, рисую глаза, в которых больше не будет одиноких мыслей. Для твоих очей, я отрываю серую сталь преддождливого неба и вписываю  в него искры любопытства и озорства.. Да, ты должен меня опутать этим взором и заставить не отрываясь от него, забыть о своём одиночестве.  Тёмными розами я провожу по губам и они оживая, бархатом улыбаются, в преддверии жизни, в предвкушении встречи.
Я создала нас, но  посмотрев в зеркало, в свои голубые бездонные глаза, не увидела  там тебя... Печально улыбнувшись своей ночной фантазии и вдохнув ароматы исходящие от холста я отправилась спать, понимая, что  стала ещё более одинокой.
Утро пробралось солнечным лучом, сквозь плотно зашторенное окно и пощекотав моё плечо, скользнуло по шее, прикасаясь теплом по щеке и остановившись на  сомкнутых глазах, резко ворвалось под веки, больно обжигая радужку глаз. Вскрикнув, я вскочила  и протирая глаза пошла в ванную, чтобы  промыть их, попытавшись избавится от рези. Вода успокоила странное жжение и я смогла открыть очи и взглянуть в зеркало... Несколько минут я смотрела в них... Они стали светло-шоколадного цвета, а волосы приобрели рыжевато-карамельный оттенок.  Кто это? В голове шумело от непонятных изменений и странности ситуации. Ущипнув себя за руку, чтобы проверить, не сплю ли , я бросилась к картине, написанной ночью и оторопела...  Девушки не было,  а на холсте остался лишь мужской силуэт, который медленно растворялся на глазах...
Меня стал бить озноб,  не понимая, что происходит,  я отвернула почти пустой холст к стене... “Бред, который родился в моём сознании” - подумала я, и  успокаивая взволнованное дыхание, решила не вспоминать больше об этом, а выйти на улицу, спрятавшись среди людей и попытаться насладиться утренней прогулкой по одной из любимых улиц...
Я ступила на брусчатку Андреевского спуска, даже не задумываясь куда иду, ноги сами решили, а глаза и губы улыбались  голубому небу и лёгкому ветерку, трепавшему мои волосы.
Я шла в обнимку со своим одиночеством, наслаждаясь своим безмолвием, шумом окружающего мира  и  избегая взглядов прохожих.
Яркие пятна я заметила издалека, и  прибавив шаг устремилась к старушке, продававшей полевые цветы. Они были прекрасны в своей простоте и нежной дикости. Три цвета,  три желания, три дороги... Белые ромашки, чистые, как первый поцелуй, голубые васильки, ясные, как небо после дождя и красные маки, сочные и нежные, как сама любовь.
“Тринадцать ромашек, тринадцать васильков, тринадцать маков”  - пробормотала я, глядя на старушку, отсчитывающую цветы.
“Это не очень хорошее число” - произнесла она,  отдавая мне цветы.
Я лишь улыбнулась ей и прижав букет к себе, провела кончиками пальцев по таким разным, но таким хрупким цветам, вбирая их прохладу и совершенство.
“Три раза по тринадцать... Мне скоро будет столько же лет...” - прошептала то ли бабке, то ли себе, и  подошла к дому под номером тринадцать. 
Соединив трехцветие, мак-ромашка-василёк,  я  положила их у окна булгаковского дома и улыбнувшись, начала спускаться по улице. Странное чувство рождалось внутри меня, мне хотелось раздать эти цветы прохожим, тем, в чьих глазах  была грусть.  Находя таких, я отдавала  тонкие стебли  полевых   цветов в руки незнакомцев, глядя, как  во взглядах что-то менялось..., они теплели и  место грусти занимало  чувство удивления и  любопытства.   Это хорошо, эти чувства позитивны и они, пусть и недолгого, но этого хватит, чтобы вырваться с плотных объятий одиночества.  А там,  чем жизнь не шутит,   возможно найдутся те, кто  помогут заполнить пустоту одиноких глаз. Пусть у каждого из них будет такой шанс...
Глядя как уменьшается букет, я ощущала, как сама переполнялась чем-то загадочным и добрым, а когда осталось последних три цветка, я решила их оставить себе. Жмурясь от яркого солнца и счастья, я продолжила свой путь, легонько ступая по брусчатке дороги, ведущей вниз, туда,  где.... Сделав пару шагов, я услышала голос:
- Вера, надежда, любовь?
- Что, простите? - я повернула голову и удивлённо подняла  взгляд на  мужчину,  идущего рядом. Я вздрогнула... На меня смотрели серые глаза моей ночной фантазии, написанной на холсте.
- Белый - это цвет веры, голубой - цвет надежды и мечты, ну и красный - конечно же любовь. Зачем ты решила раздать их людям? - улыбнулся он, переводя взгляд, то на цветы, то в мои глаза.
- Это цветы от одиночества - еле слышно пробормотала я, чувствуя, как пересыхает во рту.
- Вы, колдунья?  - насмешливо спросил незнакомец. - Ну, тогда подарите и мне, ваши волшебные зелья.
-А вы не похожи на одинокого человека - произнесла я, неловко отведя взгляд.
- Возможно, уже нет, - без всякой иронии и улыбки, ответил он и приковал своими серыми глазами мой взгляд к себе.
- И возможно, эти цветы не понадобятся ни Вам, ни Мне - прошептала я и почувствовала, как холод, преследовавший меня долгое время, стал отступать. Вдруг, краем глаза я увидала, как от незнакомца отделилась серая тень и соединилась с холодом, который отступил от меня...
Я улыбнулась...
Два одиночества, сливаясь воедино рождают самое прекрасное чувство...

0

33

Осень. Лужи. Музы.
http://s1.uploads.ru/EMvTz.jpgЛужа… Лужа… Лужа… Что это? Вода, упавшая с неба? Нет, конечно же, нет. Это…. Да, сами и посмотрите…
Загляните, только очень внимательно, в отражения, и вы увидите перевёрнутый мир со своей особенной, необыкновенной вселенной.
Лужи- это окна в мир зазеркалья, в которых, если внимательно вглядеться, можно увидеть  много любопытного  и видимого лишь для вас.
Тихонько, чтобы не нарушить водную гладь, я приседаю на корточки и открыв, только по-настоящему, глаза вижу…
Танцующую на фоне заходящего солнца Терпсихору,  которая легкими движениями, вовлекает в свой танец разноцветную  осеннюю листву,  закручивает её, взрывает фонтаном, вертит солнечной метелью и… исчезает, рассыпаясь сотнями огней,  ярких, счастливых улыбок, оставленных на память о своём танце…
Я слышу сладкоголосую Каллиопу, которая читает баллады о рыцарях, юной белокурой Изольде. И вижу их силуэты, отражённые в моей луже.
Сидящую на золотом облаке Клио,  которая, иногда улыбаясь и покусывая губу, пишет историю этого мира, одаряя его мудрыми правителями и сочиняя закон Великого Предназначения, предписывая каждому жителю свою главную и очень важную роль в их жизни.
Я слышу смех и слёзы… Это неразлучные Мельпомена и Талия - вечные спутницы, не имеющие права быть порознь. Ведь слишком сильными эмоциями одарят тех, возле которых промелькнут, поодиночке. Но когда, вот так, вместе, они создают зелье из человеческих чувств, разбавляя и опаивая людей, делая их счастливыми. Я смотрю, как они, подходят к  столкнувшимся  у входа  в кафе, парню и девушке, и нежно прикасаются к ним руками, гася начинающий разгораться огонь ссоры…  Гнев уходит..., неуверенная улыбка, переходящая в искренний смех.  Они сотворили влюблённую пару, хотя это и не их работа… И я слышу, как хохочет Талия и как печально улыбается Мельпомена, сетуя на легкомысленный характер своей спутницы...
Выбивается из  идиллии этого волшебного мира,  лишь  вон тот, бредущий человек, низко опустивший голову. Серость, обступившая его, так неестественно сгибает  плечи…. Потерявший веру. Но вот он ощущает, как лёгкая рука Полигимнии ложится ему на плечо, и они идут вместе, подстраивая шаг друг к другу. Они говорят. Она возносит молитвы богам в просьбе вернуть, заблудшему человеку веру и надежду, уверенность…. Он слушает…. Она дарит свои волшебные слова…. Он поднимает голову и расправляет плечи. Серость тает. Он проходит мимо меня, улыбаясь. Она растворяется в осеннем воздухе, спеша к тому, кому так необходима.
Вечереет. Урания, ловко вальсируя по темнеющему небу, зажигает одну за другой звёзды, заставляя выходить их домов, поднимать глаза к небу, любуясь её творением всех жителей этого необыкновенного мира. И в последний миг своего  волшебства, она рассыпается звёздным дождём, чтобы обитатели, смотрящие широко распахнутыми глазами могли загадать желания, которые обязательно исполнятся, непременно… у каждого...
Ветер. Сильный, неуправляемый, своевольный. Срывает листья с деревьев, треплет волосы прохожих, поднимает позолоченную пыль на побережье и швыряет в глаза смеющимся подросткам… Слышу завораживающий звук и…, овеянная сиянием волшебства, Эвтерпа сходит по серебряной лестнице,  превращая в музыку ветер, проходящий сквозь полый стебель, что служит ей флейтой.  И вот завывания ветра превращается в изящный и чистый звук, в особенную мелодию. Созерцающие её,  слышат каждый свою, предназначенную,  лишь для него, музыку. Ведь для неё они и были, Единственными и неповторимыми. Она жила для них и дарила любовь своими звуками, спасая от отчаяния, успокаивая, веселя или избавляя от надоевшей тишины.
Здесь нет ненависти и вражды, зависти и мести, злобы и страха, цинизма и бездушия, ревности и  презрения, потому что здесь есть Эрато. Та, кто своим бесценным присутствием окутывает нежностью и любовью, даря каждому этот свой божественный дар. Ведь лишь отдавая, мы приобретаем…
Не проходите мимо осенних луж, вглядитесь, а вдруг и вам откроется мир вашей  Утопии….

+1

34

Осень наших душ...
http://s3.uploads.ru/jodhY.jpg

Осень -злодейка..., мудрая и грешная, сладкая и желто-снежная... Ты волшебным шепотом даришь нам надежду, что до холодов еще успеем найти обитель для своих душ, что не заморозит зима наши сердца. И мы надеясь, летим навстречу своей гибели, туда где мерещится спасительный облик тех, кто стоя на горизонте, в ожидании наших теплых рук, кутаются в шаль пурпура листвы... А мы, с трепещущимся в груди сердцем, сломя все границы устоев и правил, стремимся туда, к тому, к той... И нам кажется, что вот сейчас, еще немного, еще рукой подать, секунда и мы коснемся кончиками пальцев, ухватимся за краешек мысли ожидания,  упадем в желанные объятия, в которых и земля нам будет небом,  и ад станет раем, и падут все запреты, и доживем до весны..., но... Но на обочине стоит рыжая отравительница надежд,  и улыбаясь, накручивая на длинный, тонкий палец  огненный локон, с любопытством глядит, как мы стоим на  месте, тщетно пытаясь уловить неуловимый миг надежды на счастье, на неодиночество... И вдруг понимаем, что все обман, что как бы не старались, как бы не стремились, мы останемся все там же, все с теми же, все так же.... И бросив последний взгляд на край земли  видим, как шальной ветер, кружа листвой, прячет желанный образ, завлекая   в осенний вальс умерших чувств, нашу последнюю надежду... Развеивается огненно-солнечная круговерть и опадает на землю    мягким, теплым ковром, а там, куда мы так торопились,  лишь дымка, да серый небосвод...
Значит все зря? Все в пустую?  И упав на колени, мы начинаем разрывать небо на стальные клочья, заливая падшие листья, жаром океанических дождей, катящихся водопадами боли по щекам, и глотая крепкий, почти морозный  воздух, задыхаемся от боли потери...
Шурша платьем она уляжется пред коленопреклоненными и глядя им в глаза, все также улыбаясь, расскажет сказку о том, как  важно понять, что лишь что-то потеряв можно, что -то найти, что лишь,  выдержав студеный взгляд зимы, можно стать сильнее и мудрее, и стать готовым для рождения чего-то нового, пусть и не лучшего, но настоящего...
Осень - кудесница..., щедрая  и нежная, теплая и страстная...Ты волшебной своей ладонью, накрывая  глаза, выпиваешь стеклянные слезы, очищая тем самым наши души, согреваешь солнечными лучами своего солнца наши  усталые сердца...
И поднявши нас с колен, осень подводит к краю, где распахнув руки-крылья срывается вниз, туда, где копья лжи и стрелы предательства, где ловушки жестокости и капканы бессердечности, ждут свои  жертвы... Она умирает за нас...
И только ветер злобно завывает, страдая по своей возлюбленной царевне -осени, каждый год гибнущей, ради спасения чьих -то иллюзий, а ветер будет ждать, ждать, ждать...

0

35

Нет слов...как всегда...пробрало..
Огромное спасибо!

0

36

Осень... Эта осень забрала самое дорогое, что было у меня. Осень... Эта рыжая бестия запустила холод в мою душу и засыпала желтой листвой мое сердце. Осень... Я всегда так любил тебя, а теперь?..

0

37

Прощание
- Я никогда не сумею летать так, как ты... - прошептал ты мне на ухо, и, будто невзначай, провёл пальцем по шее. Прикрыв глаза, я боялась даже вздохнуть, чтобы не испугать это мгновение.
- Ты  тоже можешь,   только доверься  мне... - почти не шевеля губами ответила я,  разочарованно глядя, как ты отошел и усевшись  напротив, стал внимательно изучать моё лицо...
- Если я доверюсь тебе, то потеряю себя...  Ты - женщин и тебе  дано чудо быть волшебной... - ты улыбнулся и я вспомнила, как впервые захотела потеряться в другом мире, том, где иллюзии были остовом жизни .
- Я - любовь, которая не может существовать в одиночестве - сказала я, и утопила взгляд в стакане с солнечным соком, пряча то, что  ты никогда  не  должен увидеть.
- Ты - грусть моя - обронил ты, отвернувшись, и стал глядеть в окно, сквозь моросящий дождь, сквозь торопящихся людей, сквозь мчавшиеся минуты нашей встречи.
- Я - слезы на ладонях нашей осени, - пробормотала я, и  не удержавшись прикоснулась к твоей руке, ощущая тепло , когда ты ответил мне переплетением пальцев,  напомнив тем самым, что у нас осталось так мало времени.
-Ты - уже мое прошлое - взяв кончиками пальцев  подбородок и приподнял голову, вытаскивая мой взгляд из омута воспоминаний, которых не было. -Ты - моя жизнь. Но, ты никогда не сможешь научить меня летать, а я никогда не смогу упасть с тобой в постель из огненных слов. Я никогда не приду, а ты никогда не уйдешь, русалка... - тыльной стороной ладони ты провел по моей щеке, впитывая сквозь два слоя кожи жар волнения, и понимая так много.  Не требуя от меня никаких ответов, не задавая никаких вопросов. Ты - все знал... И если бы это было не так, я бы не встретила твои глаза в толпе, не искала твое сердце, среди обломков разрушенных замков,  а ты не ворвался  бы ко мне в окно с ворохом разноцветной листвы...
- Я - горечь и сладость в танце твоих  кофейно-шоколадных фантазий - прикрыв ресницами глаза и  вздохнув дымкой акварельных фонарей, я пыталась не сказать самого главного.
- Ты - моя, никогда не виденная и навсегда запомнившаяся картина, написанная слепым художником - пробормотал ты и краешком взгляда оголил мою душу.
- Я - недосказанность наших бесед - оторвавшись от твоей далекой близости, я поднялась и подошла к окну во всю стену. Положив ладони на холодный атлас стекла, стала согревать его, вбирая прохладу, чтобы погасить пламя крови.
- Ты - цвет папоротника... Тебя нет, ты просто не может быть...
Твои ладони накрыли мои, и я почувствовала легкое дыхание у себя в волосах. И, слегка  запрокинув голову назад, прикоснулась щекой к твоей щеке, обжигаясь безысходностью.
- Ты только не забывай меня... - прошептала я, и обернувшись встретилась с твоими глазами, с твоими губами...
Дрожь овладела нами..., и  стали мы  пить соль с губ, забывая дышать, проникая,  вглубь  друг друга. Мы кружили с нежностью в обнимку, спускали флаги гордости и срывали вуали стеснения.  Я почувствовала, как внутри, в том месте, где были ошметки моей души , что-то теплое  ласково прикрывает собой мою боль...Это часть твоей души перешла ко мне. И я знала, что с этим поцелуем я подарила частичку своего сердца. Это были подарки, которые никогда не будут забыты...
Серый день уступил дорогу своей возлюбленной ночи и  миг настоящего стал прошлым...Нас не стало...
...Открыв глаза я увидела своё отражение в окне.. Только своё. Одиноко стоящее и пытающееся запомнить подушечками пальцев наш поцелуй и отчаянно твердя, что ты был, что я была, что нас было двое... Или не было ничего, только сон, навеянный осенней тоской по любви...

0

38

Самоубийцы

http://s3.uploads.ru/t/lO7ZA.jpg

Мы часто ссорились, по всяческим, порой дурацким поводам, но все же отдельно друг без друга прожить нам было сложно. Несколько часов и всё.., кто-нибудь первым звонит, и мы вновь мчимся навстречу, и не отрываясь, смотрим в глаза, будто не виделись вечность… А потом…, любим друг друга так, будто последний раз… Такая странная была у нас любовь. Мы не могли надышаться друг другом, но и вместе не выходило жить без ссор… Это страшно раздражало и мешало строить отношения дальше. Мы застряли на одном месте, с тем же сценарием… не желая уступать, сглаживать углы, заводясь без причины….
Я не могла унять свой буйный нрав, а он не мог терпеть мои выходки. Выхода не было…, и мы решили расстаться, надеясь решить нашу проблему по отдельности, чтобы не мучить и не рвать душу друг другу, по крайней мере, попытаться. Авось получится….
Первые дни получалось жутко плохо…. Сотни раз я подходила к телефону, чтобы набрать заученные цифры и услышать его тихое «Алло, приезжай, я жду тебя», и каждый раз бросалась к телефону, в надежде, что он звонит.. Но он молчал и я не звонила…
Я страдала, так сильно, что порой казалось, что схожу с ума…, не понимая какой день, какой месяц, какой год… ощущение времени просто исчезло…, нет, оно растягивалось в века…., в тысячелетия… Жить без него оказалось очень-очень тяжело, просто не выносимо…
Я заперлась в квартире, объявив всем, что уезжаю в отпуск к морю…, мне поверили и не искали, не тревожили, не сочувствовали… Я не смогла лишь отключить свой телефон…, в душе теплилась надежда, а вдруг…. Но и сама не звонила, потому что обещала….
Изоляция не помогала, лишь накатывали воспоминания, ведь слишком много вещей напоминало о нас, о наших чувствах… И я вышла на улицу…, навстречу солнечным лучам, свежему воздуху, улыбающимся лицам прохожим, надеясь заразится от них той жизнерадостностью, которую видела вокруг себя…. Ноги сами несли на наши места, поэтому ничего забыть у меня не получилось, лишь становилось всё хуже и хуже….
Забыться..., но как? Как вырвать из памяти, из сердца, то чем я жила последние два года? Как заставить забыть себя о том единственном человеке, который понимал и любил меня? Как вычеркнуть такой любимый образ? Его темные глаза, которые так весело щурились, когда он улыбался, а во время экстаза, становились, яркими и безумными... Его губы, которые мне дарили и  срывали поцелуи, которые я так любила нежно кусать. Его руки, которые обнимали так сильно и жарко, что мне казалось, если бы не они, я бы сразу сорвалась в пропасть…  Оказывается, вот эти самые руки и удерживали меня в этом мире… А теперь их нет…, его нет…, и мне нечего делать здесь без него…, просто незачем….
Нет, ещё не всё так  плохо, ещё есть один способ…, если он не поможет, …. тогда уж …
Я набрала целый пакет выпивки и пошла, убаюкивать свою боль, забывать незабываемое….
Я упивалась до чёртиков до ночи, а утром разрывалась от физической боли, умирая и телесно и душевно… Когда проходила тошнота и озноб, и я в силах была дотянуться до очередной бутылки, я начинала всё сначала… Облегчения не приходило…Я спала и пила. Но ничего не получалось, ничего не спасало… И я сдалась… Я решила идти к нему… Я готова была ползти и унижаться, лишь бы он вернул мне моё обещание не звонить ему…, и согласился быть со мной…
Только сейчас я поняла, какой дурой  была… Теперь всё к чему я придиралась и всё что меня раздражало казалось такой мелочь, такими незначительными пустяками. Я сломалась…, и готова терпеть всё что угодно, лишь бы он был рядом, лишь бы вместе…. Я не могла без него… Я умирала…
Подойдя к дому и увидевши его, выходившим их парадного с девушкой, я поняла, что всё кончено…, нас не стало…, мы исчезли, будто и не было…. Он продолжает жизнь, уже свою…, без меня… И ко мне пришло понимание того, что такое настоящее отчаяние… 
Он меня увидел, его глаза стали огромными от удивления, от неожиданности… А я собрав всю волю, и сжав кулаки так, что ногти впились в ладонь, причиняя сильную боль, улыбнулась, подмигнула и… прошла мимо…, будто не к нему шла, а так мимо проходила. Он провожал меня взглядом,  я чувствовала…, я знала, как он умеет смотреть…, так что у меня начинали ноги подкашиваться. Но я выдержала это…, я уходила…, чтобы никогда не увидеть его больше. Я приняла решение, своё последнее решение…
Топая в сумерках по парку и давясь слезами, я ничего не видела, ничего не чувствовала, ничего не слышала. Я закончилась… Последний поступок и всё…, мне станет легче, и я смогу забыть навсегда это болезненную любовь.  От этой мысли мне стало легче, и я подходила к мосту с блуждающей улыбкой и каким-то умиротворением… я была готова…
Телефонный звонок вывел из этого состояния, я вздрогнула…, а потом меня начала бить дрожь…, звонил он. Нужно было не забывать, что он уже не мой…
- Ты где? – спросил его спокойный голос.
- На вокзале, я уезжаю…- слёзы льются ручьями по моим впалым щекам. – Я всё пережила и ты мне не нужен, нам будет спокойней жить поодиночке… - язык отказывался говорить эти слова, но я продолжала.
- Я начну новую жизнь без тебя, ты мне безразличен…-  стоя возле моста, я глядела вниз, туда, где всё закончится через минуту. – Тебе тоже желаю счастья с новой подругой…
- Так ты смогла меня забыть и разлюбить? – очень тихо произнёс он.
- Конечно, смогла! – прокусив до крови губу и сдерживая рыдания, ответила я.
Я больше так не могла, пусть он прекратить меня мучать, пусть даст уйти… мне очень нужно…
- Лгунья. Какая же ты лгунья… – послышался его голос у меня за спиной.
Я ощутила щемящую боль в груди… и почувствовала, как он оттащив меня от перил моста крепко прижал к себе, начал искать мои губы своими...

VМ                                                                                                                                                                                                                    ВнЗ

Отредактировано Vедьма Марго (2013-01-25 00:55:42)

0

39

Когда-то я одна бродила по пустыни моей фантазии, одиноко обжигая словами дремлющие души,  всматриваясь в чужие глаза, мечтая встретить близкую и родную душу, в которой растворилась бы без остатка, с которой, смешиваясь мыслями,  смогла бы создавать сказочные миры, в которых северное сияние было бы густым и терпким, а вьюги,  сладкой, снежной пудрой ложились бы  на губы,  размораживая безразличие холодных глаз. С которым  бы взрывали сознание, золотыми созвездиями вписывая свои имена друг другу в сердца. И вот на грани, когда так часто теряется даже надежда, я …
  Итак, знакомьтесь,  совместное творчество Вне закона и Ведьмы Марго


Последнее танго   

Часть 1: Танец
http://s2.uploads.ru/t/uVUnm.jpg
  ОН, как дикий зверь, метался из угла в угол своей берлоги, опрокидывая мебель, сметая резкими движениями попавшиеся под руку предметы. Мысли о ней остро пронзали его больной мозг, тревожа изуродованное сознание, из которого выхватывались яркие картинки, увиденного им зрелища. Создавая эту женщину, Бог наделил ее даром танцевать, она отдавалась танцу, как любви: всецело, без хитрости и обмана. Обнажая свои чувства, сливаясь с сумасшедшими ритмами танго, не обращая внимания на рычащих и истекающих слюной мужчин, заливающих в глотку обжигающие напитки. ОНА отдавала себя публике, влюбляя в себя, не оставляя шанса на освобождение.
    Наступала ночь, одевшись, ОН вышел из дома и, подняв ворот куртки,  направился неспешно в мерзкое заведение. Ему нужно было удовлетворить  жажду, которую вызывала в нем эта женщина.
    Открыв скрипучую дверь, ОН уверенно вошел внутрь. В нос ударил кислый запах алкоголя, смешанный с клубами едкого сигаретного дыма. Отсутствие кислорода и омерзительный запах вызывали легкое отвращение. Закурив, ОН глубоко затянулся и направился к барной стойке. Пройдя мимо компании сильно подвыпивших мужчин, которые вели себя раскованно и развязно, преодолев половину зала, ОН увидел ЕЕ.
   ОНА сидела на самом краешке стула, за столиком возле окна. Изящная рука держала бокал красного вина “Пино - нуар”, теплого и ласкового, как взгляд любимого человека.  А в глазах, следящих за сползающей по стеклу бокала каплей виноградной крови,  плескалась холодная волна одиночества. ЕЕ прямая, как натянутая струна, спина, лишь подчеркивала беззащитность и отчаяние. Глядя на НЕЁ, никто бы не заметил, что под этим внешним спокойствием и безразличием сильной и уверенной женщины,  спрятаны трепетность и нежность диковинных  цветов, погибающих  без  освежающих капель летнего дождя.
     Заказав двойной виски без льда, ОН сел на высокий стул у барной стойки, и повернувшись лицом в зал, стал наблюдать за дамой.
   Темные, как сама ночь, волосы, завязанные в тугой узел,  открывали длинную, изящную шею, к которой ЕМУ вдруг захотелось прикоснуться и почувствовать пульсацию вен под пальцами. ОНА не смотрела по сторонам и не видела, как голодные взгляды похотливо лапали ее соблазнительное тело. Она не замечала, как оголилось бедро, открыв в разрезе юбки, жадным взглядам, резинку чулка.  Не обращала внимания, на спавшую с плеча тонкую бретельку платья.
   ЕЕ тело находилось в этом зале, а мысли были заражены виденьями из сна, где солнечные лучи плели  венки из белоснежных облаков, где красные цветы стелили постель своими лепестками, где была сплетена ее душа, с душой единственного и такого желанного. Того, кто однажды ворвавшись мимолетным видением, стал ее навязчивой идеей, болезненной иллюзией, горькой невозможностью. И только отдаваясь любимым ритмам, она чувствовала свое освобождение.
Компания  выпивших мужчин нагло пыталась привлечь внимание дамы, отпуская грубые  шутки и недвусмысленные намеки. Один из мужчин встал и подошел к НЕЙ.
ОНА пришла в себя от грубого прикосновения чьей-то руки, пальцы которой, сжались на ее плече, обжигая  кожу, каленым железом. ОНА  вздрогнула. Уже много месяцев никто не смел прикасаться к ней.
- Станцуешь, крошка? Я щедро вознагражу - услышала ОНА  развязный голос незнакомца. На стол посыпались мятые, засаленные купюры. Мужчина не обманул, вознаграждение было щедрым.
ЕЕ глаза  внезапно расширились от удивления и так же внезапно превратились в узкие щели. С презрением окатив наглеца с ног до головы, она бросила ему в лицо:
- Я не продаю свой танец за деньги, я танцую по любви!
    Смахнув кучу купюр со стола, ОНА залилась звонким, безудержным смехом, который постепенно тая, исказив прекрасное лицо,  превратился в оскал, в дикую улыбку,  обнажающую ровный ряд белоснежных зубов.
   “Безумная” - зашептал мужчина, со страхом глядя на неё, сгреб деньги и поспешил убраться к собутыльникам, которые умирая от смеха, стали утешать неудачника, налив ему стакан до краев.
   Все еще улыбаясь, ОНА обвела холодным взглядом публику, находящуюся в этом убогом заведении. И вдруг ее глаза остановились на сидящем у барной стойке мужчине, который, как завороженный смотрел на неё. Казалось, он не моргал. Этот пронзительный взгляд показался ей до боли знакомым. Сердце на миг остановилось, когда она поняла, кто смотрел на неё, такими темными, как ночное забытье, глазами. Это был ОН.
Она, не смея поверить в происходящее, прикрыла глаза ресницами, свято веря, что это иллюзия, которая развеется, как только  она вновь откроет их. Но он настойчиво не исчезал, оставался на том же месте, неотрывно притягивая взглядом. 
ЕЕ глаза завораживали и волновали. ОН чувствовал, как медленно погружается в глубину чистой души, инстинктивно ощутив опасность порабощения. Не смея позволить себе погибнуть и пропасть в глазах этой женщины, ОН заставил себя оторваться от бездонного взгляда. Чувствуя, как сердце сбивается с привычного ритма, ОН чертыхнулся, и раздавил пустой стакан в руке, заставив стекло, трескаясь и ломаясь, подчиниться воле сильнейшего.
Его глаза приказали  “Танцуй!” И ее тело тут же откликнулось на  этот безмолвный приказ.
    Широкий шаг правой ноги и медленное движение  левой, скользящей по полу носком туфельки. ОНА  двигалась медлительно - протяжно, притягивая за собой десятки пар мужских  глаз. Легким движением приподняла руку, едва касаясь шпильки в волосах,  и черный вихрь тяжелых  прядей упали ей на спину. ОНА запрокинула голову, тряхнув гривой и  бармен, заметив ее, скользящую на низкую сцену, улыбнувшись, поставил пластинку, наполнив  зал мелодией танго. ЕЕ движения невинно-плавные, завораживали. ОНА шла навстречу своей судьбе, легко и непринужденно. Плавность линий ее тела заставляла затаить дыхание присутствующих, в движениях бедер чувствовалась нарастающая страсть.  ЕЕ тело манило и звало, ОНА призывно ждала, когда ОН примет ее вызов.
   ОН заказал двойной виски и, испепеляя взглядом женщину, стал наблюдать за ее грациозным  приглашением на танец.  Взгляды, которые ОНА кидала в сторону барной стойки, не цеплялись за ЕГО глаза. ОН намеренно избегал их, скользя взглядом по лебединой шее, плечам, соблазнительным окружностям груди. ЕЕ танец-любовь: горячая и страстная, тихая и нежная, мятежная и своенравная, женский каприз, огонь желания. Это неистовство обжигало.
ОН,  не удержался и снова вцепился в нее взглядом. Выпивая нежность из ЕЕ  глаз, он медленно встал и направился к ней. Резкие ритмы наполнили пространство. ОНА сделала несколько шагов, проводя тонким пальцем по своим губам, словно пробуя музыку на вкус.  ОНА двигалась ему на встречу с нарастающей страстью, которая подобно наркотическому дурману стала наполнять ее сознание, и увлекать тело в стихию безумства танца.
  ОНА, импровизируя на ходу,  отдавала себя, открывая  свои желания, перебирая и посвящая свои чувства выбранному ею, единственному мужчине,  который  сейчас медленно приближался к ней.
Ее чувственность, спрятанная под  ликом эротичности, которым захлебывались опьяненные алкоголем и витавшей в воздухе  похотью мужчины, завораживала.  ОНА всем своим телом околдовывала,  притягивала, заставляя   желать ее.
   ОНА, то ускользала, то летела, как мотылек на огонь, к нему в объятия. Движения ЕЁ тела, как дрожащее пламя свечи.  ОНА танцевала, пребывая на верху блаженства. В ритме танца ОН слышал биение ЕЕ сердца. Слившись с чувственной мелодией, ОНА влекла к себе мужчину, притягивала его. Страстная, манящая, томная, загадочная.  Их глаза прожигали. Они сцепились в дикой пляске огней, в смертельной схватке, подавляя волю друг друга. ОНА не знала, как мучительно для него слияние их глаз.
    Они сходились в центре зала. Необъяснимое  ощущение чего-то волнительного, разлилось по ЕЕ телу мелкой дрожью, заставляя против воли, довериться  своим странным ощущениям, которые, скапливаясь в области горла, не давали дышать. ЕЕ движения излучали  жар, который обдал и ЕГО, когда он притянул хрупкое тело к себе. Резкий поворот - она отдаляется от него, оставляя лишь свою ладонь в его руке. Миг - он возвращает себе женщину, волнующую его безумно. Вздох - и она прижата к его телу, на секунду замерев, в крепких объятиях. Взгляд, полный сумасшедшего  пламени, снова обжег ЕГО. Это было невыносимо...
Сильные руки резко развернули хрупкое тело. В этот миг, бдительность  ЕЕ рассудка была срезана острым, как лезвие стилета, желанием. Отдавшись во власть его рук и своей страсти, ОНА не заметила, как ОН вытянул из кармана своих брюк черный шелковый шарф. Развернув женщину к себе спиной, ОН, не дав ей опомниться, накинул повязку на ее глаза, быстро завязав на затылке. Почти задыхающаяся от жарких властных рук, ОНА не осознавала, что с ней происходило. Легкий страх, мелькнувший  в ее глазах,  заставил вздрогнуть трепетное сердце, скрывшись под прохладой шелка. Вздох облегчения вырвался, из ЕГО губ, обдав жаром нагую шею дамы, когда был спрятан ЕЕ опьяняющий взгляд.
   ОНА затаилась на мгновение, слушая его глубокое дыхание. Чувство опасности на миг посетившее ее, вскружило голову. ОНА подняла руку к повязке, пытаясь избавиться от темноты. Мужская рука предельно нежно обхватила дрожащую кисть, вторая - тонкую талию. ОН, завладев мгновеньем, повел ЕЕ под возбуждающие ритмы танго.
    Будто бурное течение свалило ее с ног. ОН бережно подхватил партнершу,  как хрустальную вазу, наслаждаясь женственной фигурой. Запрокинув голову назад, достаточно сильно прогнувшись в спине, ОНА почувствовала его руку, что легко соприкасаясь с ЕЕ шеей, прочертила дорожку, едва ощутимых касаний,  вниз, по груди, будто восхищаясь каждым миллиметром нежной кожи. ОНА резко выпрямилась, ощутив горячую, немного влажную кожу на  жестких скулах. ОНА слышала его глубокое дыхание, которое зарывалось в ее распущенных волосах. ЕМУ казалось, что он задыхался, столь болезненно-желанна была эта близость.
ОНА, прижимаясь к его горячему телу, отдавалась,  будто навечно впечатываясь в него. ОНА цеплялась за него и  тайфуном кружила в его руках, двигаясь вокруг.  ОНА  не видела теперь,  но чувствовала проникновенный взгляд, будто ОН читал ее мысли, и его теплое дыхание на коже, вызывало яркий румянец на щеках, будоражило  полет фантазии.
ОНА ощущала, как ОН прорезает воздух своим телом и умело управляет ее гибким станом. Его решительные движения идеально гармонировали  с интонацией звука, ОНА не могла сопротивляться, а точнее не хотела. Ей безумно нравилось это безрассудство, и поддавшись своей слабости, ОНА порхала в его руках. Ей казалось, что ОНА парит в небе, среди ночных ярких звезд и они, спрятавшись от всех, дарят друг другу этот откровенный танец.
В этом танце ОНА знакомилась с НИМ, изучая каждым прикосновением его тело. Обвив его бедро ногой,  открыв ему себя, она хотела почувствовать его желание. ЕЕ вдохи и выдохи участились. ОНА почувствовала, как осторожные пальцы коснулись ее дрожащих губ, пробежались по  мягким очертаниям подбородка, поднимаясь по  скуле к виску, и подцепив прядку  темных волос, заправили их за ухо, нежно проведя подушечками пальцев по нему.
     
   ОНА больше не понимала, что с ней происходит. Ей хотелось только одного, что б ОН продолжал свою странную игру, не выпуская ее из своих объятий. ОНА больше не слышала музыку, ОНА двигалась под удары своего сердца: тук - тук... тук - тук... тук - тук...
Теперь ОНА боялась остаться без прикосновений сильных рук, которые так   страстно кружили вокруг, давая ощущение  опасности и безопасности одновременно. Обвив руками крепкую  шею, и слившись с его телом, повторив все его изгибы, ОНА не хотела потерять единственное подтверждение реальности происходящего.
ЕГО глубокое дыхание обжигало нежную кожу, волнение поднималось по ЕЕ позвоночнику, парализуя шею и струясь по венам опускалось вниз живота,  разливаясь сладкой истомой по  всему телу. ОНА чувствовала, как пульсирует каждая клеточка ее  тела,  как  ее кожа превращается в оголенный нерв. Каждое его касание заставляло вздрагивать. ОНА дрожала в ЕГО руках.
ОН был опьянен. ЕГО взгляд скользил по нежному овалу лица. ОН изучал прекрасный лик, проводил обжигающим взглядом  по контуру губ и линии подбородка, наслаждаясь податливым телом. Чувствуя ее желание, ОН оттягивал момент  полного сближения. ОНА сейчас была в его абсолютной власти, став послушной и покорной, ожидая от него ласки которую обещали дать его сильные руки и горячие губы. ОНА ждала более интимного касания, каждым жестом показывая, что доверяет ему.
Легкое прикосновение ЕГО губ к ЕЕ губам разорвало ей вены, горячая кровь выплеснулась из них и затопила помутненное сознание. Задохнувшись, она замерла, вся в его власти. ЕЕ выдох, чуть слышный стон... Поедая  и покусывая ее губы, ОН вдыхал  жадно, забирая  с каждым ее выдохом и стоном часть души. ОН вобрал ЕЕ в себя всю... Всю... Без остатка.
ЕГО объятия растаяли. Звенящая тишина  поглотила пространство... Время остановилось...
ОНА снова была  одна.
(продолжение следует)

Отредактировано Vедьма Марго (2013-01-26 23:57:10)

0

40

  Часть 2: Одни во всей вселенной.

Странное ощущение отсутствия сокращения сердечной мышцы начало пугать. Страх, противной, гадкой, скользкой змеей заползал  куда-то в солнечное сплетение и, овладевая сознанием, приводил в чувство. ОНА, медленно подняв руку к лицу, стянула с глаз повязку... Через некоторое время ОНА решилась открыть глаза... Кромешная тьма, окутавшая все вокруг, была такой холодной, что постепенно ОНА перестала чувствовать свое тело. ЕЕ ноги подкосились и, упав на колени, свесив руки, как плети, она продолжала еще держать ровно спину. Горячие капли покатились из-под дрожащих век, обжигая остывающую кожу щек. Они падали на пол, превращаясь в полете в льдинки и разбивались, рассыпаясь на тысячи осколков. Маленькие звенящие хрусталики бесшумно падали на покрытый инеем пол. Она, склоняясь под тяжестью своего страха, пыталась поймать их, отогреть в своих ладонях, но  заледеневшие  пальцы ее не слушались. ОНА попробовала согреть свои ладони дыханием, но поняла, что его нет, она больше не дышит. Она закричала…. В пустоту… Крик ее, отчаянный... Безумный... Повис безмолвием в бездушном пространстве.

Внезапно осознав, что она больше не слышит звуков, она сглотнула горький ком в горле, который разорвав гортань, лишил ее возможности говорить. Вдруг ледяная волна поднялась из живота, окатив тело, проникая в каждую клеточку, заморозила оголившиеся нервы и, поднимаясь выше, завладела мозгом. Яркие воспоминания  прошлой жизни взрывались фейерверками, праздничными салютами, мелькали перед глазами и мутнели, удаляясь, растворяясь. Яркая вспышка выжгла краски и  спасительное беспамятство освободило ее мозг. Судорожное сокращение желудка вызвало тошноту. ОНА свернулась от невыносимой боли, выворачиваемого наизнанку тела, царапая лед пола, ломая ногти до крови.

Последние конвульсии тела, потерявшего душу. ЕЕ сознание привыкало к отсутствию ощущений.

Отдав ему  душу, она обрекла себя на вечное бесчувствие. Теперь ей было не страшно, не больно, не холодно... Ей было никак... Поднявшись, ОНА выпрямила спину и, откинув локоны волос бессознательным жестом, с кошачьей грацией шагнула в холодную темноту.

***

ОН сидел на кухне, тяжело облокотившись на стол, и допивал из горла бутылку виски. Иногда ОН откидывался на спинку стула и ловил в себе сладкие волны, пробегающие по телу, которые   создавала ЕЕ душа, содрогаясь в предсмертных конвульсиях. Эти судороги приносили такое сладкое ощущение, что ему приходилось смахивать с ресниц странные жгучие капли. Это было мощнее, чем оргазм, и душа этой девочки была так чиста и невинна, что позволила ему находиться в состоянии сладкой истомы довольно долго. ОН знал, что это скоро закончиться.  Постепенно ощущения ослабевали, и вскоре исчезли совсем.

Вены на ЕГО висках начали вздуваться. В глазах, налитых кровью, начала плескаться злость. Сжав челюсти и проскрипев зубами, ОН взял недопитую бутылку и швырнул ее в стену, разбив вдребезги. Мелкие осколки рассыпались, поранив ЕГО лицо и руки. ОН медленно провел ладонью по лицу, разрезая мелкими стеклами кожу, вдавливая в себя острые грани, пытаясь ощутить хоть какую-то боль. Кровь заструилась ручьями, спустившись по шее, окрасила ворот его рубахи. Тяжелые, алые капли разбивались о поверхность стола, сливались с  янтарным  напитком, создавая невероятно грязный цвет.

ОН вздохнул, тяжело встал, и устало подошел к шкафу.  Достал сверток черного шелка и, надорвав зубами, оторвал ленту. Бережно свернув, ОН положил ее в карман брюк. Упав на кровать, ОН закрыл глаза, и стал ждать ночи...

***

Постепенно тьма просочилась в ЕЕ глаза, они остекленели и стали бесцветны. Окружающие предметы представлялись ЕЙ химерами, они провожали ее дикими взглядами, замерев в готовности к нападению. Ядовитые щупальца бессмысленности  тянулись к ЕЕ ногам, опутывая. Ветви безразличия хлестали ЕЕ по лицу, оставляя глубокие раны. Острые иглы забытья разрывали ткань ЕЕ легкой одежды, сдирая кожу.  Хладнодушие гильотиной нависло над прозрачным, уставшим телом, готовое мгновенно  отсечь проблеск эмоций. ОНА не знала, куда и зачем идет, ей больше не нужно было думать. Сквозь тени, миражи, галлюцинации, видения ОНА шла, ползла из последних сил, уверенная в том, что это необходимо. Перешагнув через кишащее под ногами бездумье, она запнулась за пустоту и, потеряв туфельку, пронзила ступню ледяным шипом. Упав на безжалостно холодное ничто, ОНА коснулась взглядом  чего-то необычного. Осторожно протянув руку, ОНА подняла с пола кусок черного шелка, похожего на шарф. Какие-то неестественные для кровоточащих ладоней ощущения, которые смутно показались ей знакомыми, усиливаясь, выстрелили в мозг, защекотали сознание мыслью, такой простой и понятной, что слабая улыбка растянула ЕЕ обветренные от отчуждения губы. ОНА поднесла ткань к лицу-  материя хранила в себе тепло чувств. «Конечно же… я иду к нему…» Расправив, растерзанное хладной тайгой тело, ОНА понесла его гордо навстречу развеянному обману… 

***

Погрузившись в транс своего безумия, ОН увидел ЕЕ размытый образ... ОН замер, боясь спугнуть  волнительную игру мозговых импульсов. Нечеткое очертание тела, казалось наваждением. Только глаза… ЕЕ глаза, которые смотрели на НЕГО, были отчетливо видны... ОНА кусала его ледяным признанием, пронизывая его бездушное тело маленькими ядовитыми пауками. Впиваясь беспорядочно, хаотично они вызывали озноб и жгучую боль, которая сливаясь в один мощный поток, охватила все подсознание. ОН пытался разорвать эту связь, цепляясь побелевшими пальцами за спинку кровати, открыть глаза и вырваться из власти мощного гипноза. Ужас спускался по позвоночнику, старательно разрывая связки, грубо ломая хрящи, безжалостно сдавливая кости. Превращая почти безжизненное тело в уродливо-разорванный труп.

ОНА приближалась медленно, грациозно прихрамывая по грязно-хрустальной вечности.

ОН не двигался, напряженно хрипел, смирившись. ОНА подошла совсем близко, коснулась дрожащими пальцами ЕГО щеки, вытерла капельку холодного пота, которая стекала по его виску, от невыносимого напряжения,  и прошептала беззвучно: «Потанцуй со мной…»

0

41

Утро
Любимая,
я раскрасил это утро в цвет кристально-чистого  зимнего неба.... Как только ты откроешь свои глазки, небесная синь начнет вливаться в тебя, заполняя каждую клеточку, наполняя сиянием и спокойствием. Мудрость веков струящаяся между белых облаков, питает твою интуицию, и ты чувствуешь свою женскую силу, способную одним взмахом твоих ресничек - рассыпать величественные горы и утихомирить разыгравшийся смерч. Тебя наполняет чувство нежности и теплоты и  ты ощущаешь огромную любовь ко всему миру...
Сладко потянувшись, ты поворачиваешь голову и видишь на окне букет твоих любимых маков.
--

Я встал очень рано... Я скрою от тебя каким невероятным образом мне удалось в это зимнее утро  раздобыть для тебя эти дикие цветы. Я способен на чудеса и подвиги, и цель моего беспокойства- твоя нежная улыбка и ласковый взгляд теплых глаз.
Когда твои глаза блестят от счастья, наполняясь слезами умиления я тону в них, погибаю. И нет ничего прекрасней этих моментов.
Пусть дыхание этих цветов вне воли кратковременно, но я вознесу эту жертву, в дань твоего каприза. Я знаю точно, что лепестки очень быстро сникнут и осыпятся, но ты найдешь им применение, открыв книгу своих тайных рецептов, в которую мне нельзя заглядывать.

Ты слышишь тяжелые шаги за стеной и ворчание кофеварки, кофейный аромат уже добрался до тебя и обволакивает, возбуждая аппетит..

Это я- готовлю для тебя завтрак.

Используя все свое мастерство я, обжигая пальцы, накрываю хрустящие кусочки  горячих тостов сердечками, вырезанными из яичницы.  Сладкие круассаны и маковые булочки политые шоколадной глазурью еще хранят тепло утренней печи. Складывая твой завтрак на поднос, я стараюсь максимально красиво все оформить, что б не разочаровать твой отменный  вкус эстета. Наливая чашку кофе, я делаю сам первый глоток, проверяя вкус и температуру. Тебе не нужно думать об этом, ты можешь полностью довериться моей заботе.

Ты слышишь, как шаги приближаются к спальне,  закрываешь глаза, приняв эротичную позу, и притворяешься спящей, но блаженная улыбка тебя выдает. Как только я вошел я сразу понял, что ты уже давно проснулась, но не хочешь вырываться из плена теплого одеяла, которое хранит мой запах.
--

Склоняясь над тобой я шепчу ласково: “Доброе утро, хитрулька моя...”, и целую растянувшиеся в улыбке губы. Ты обвиваешь мою шею руками, рискуя уронить поднос и выдыхаешь: “ Твоя...”

0

42

Последнее танго
Часть 3: Пробуждение

Превратившись в калеку, с кровоточащими ранами, сгорбленный и бездыханный, он протянул ЕЙ свою немощную руку. Ее отсутствующий взгляд застыл на изодранной руке, она неосознанно вложила в широкую ладонь, свою крохотную ручку. Бесчувственные пальцы ее руки исчезли в закрывшемся камне. Переместив взгляд на его лицо, она обвела жесткие скулы, волевой рот, с плотно сжатыми губами, прямой нос и замерла на глазах. Не веря в его присутствие, ОНА коснулась изрезанной щеки. Тело  ЕЕ обмякло, и бесчувственно повисло, в едва успевших поймать, напряженных руках.

Пробивая колючую стену ледяной пустоты, прижимая к себе бесценную ношу, ОН разрывал вязкую бесконечность, издавая дикие вопли. Превозмогая адскую боль, разрывающую пульсирующие вены, ОН вырвал безвольное, хрупкое тело из удушающего пространства.

Бережно положив измученное тело в свою шершавую постель, ОН склонился над бледным, истощенным созданием, как коршун над добычей. Беззащитная, безвольная, с багровыми ранами на бледно-мраморной коже, с потрескавшимися губами и огромными лиловыми кругами вокруг зарытых глаз, ОНА была прекрасна. ОН жадно ощупывал ее глазами, не решаясь коснуться. Склонившись к мертвенно-бледному лицу, ОН уловил тонкое, робкое дыхание, такое слабое, что казалось, каждый вдох - последний. Слабо пульсирующая венка на тонкой шее, притягивала. Коснувшись осторожно  кончиком пальца волнительного колыхания, ОН задохнулся от необыкновенной нежности. Теплая волна пробежала по венам и ударила в солнечное сплетение. ОН ощутил ясно, как под ребрами поднялся из пепла  дикий цветок на тоненькой ножке. Плотная коробочка бутона лопнула, и алый застенчивый лепесток начал вырываться на волю. Лепесток невероятно-огненного цвета вздрагивая и трепыхая обжигал остывшую душу, мешая дышать. Чертыхнувшись, ОН ударил себя больно в грудь, желая остановить это пробуждение, но упрямый цветок, гордо вскинул головку и обвил паутиной корней жесткое сердце.

ОН сидел на корточках у изголовья кровати и смотрел на НЕЕ, как на икону. ОН потерял счет времени. ОН изучил, исследовал, запомнил ее всю. Рисовал взглядом нежное лицо, шею, линию плеч. Спускаясь ниже, по окружностям груди, наткнулся затуманенным взглядом на ветхие лохмотья. “Какая мерзость!” - мелькнуло у него в голове. Соскочив, ОН начал срывать тряпье, оскорбляющее божественное тело, обнажая открытые раны. На его лице отразился испуг - страшные увечья приносили ей страдания. Ему захотелось избавить ЕЕ от мучений, укрыть от всего мира, спрятать, украсть от всех, что б никто никогда больше не смел причинить ей боль. И может быть тогда, ОНА откроет свои глаза и в качестве благодарности подарит ему маленькую каплю нежности, которая в них живет.

Представив нежный взгляд глубоких глаз, ОН почувствовал, как  надоедливый цветок в его груди позволил себе выкинуть на волю еще один из своих ярких лепестков, и играя диким огнем, нахально окатил жаром. ОН вздохнул глубоко, пытаясь восстановить дыхание, но трепет и в солнечном сплетении, принуждал сердце бешено колотиться. Легкий стон, сорвавшийся с ее губ, вырвал его мысли из мечтаний. ОН склонился над слабым телом в надежде услышать хоть одно слово, но плотно сжатые губы, спекшиеся от мук, срослись, не давая вырваться звуку. ОН наполнил чашку родниковой водой и осторожно смочил  больные губы - слабый стон облегчения привел ЕГО в восторг. “Ты вернулась”- неестественно робко прошептал ОН, стараясь не вспугнуть воскрешение погибшего, казалось, тела.

Едва она услышала шелест его голоса, глаза сами разорвали пелену тьмы и сквозь ресницы стал просачиваться склонившийся над ней образ.  Хрустальные капли кипели у нее на губах, облегчая страдание. ОНА попыталась улыбнуться - кривая улыбка исказила лицо.  Постепенно сознание прояснялось, и ОНА смогла отчетливо увидеть своего спасителя. Теплый ласковый взгляд приносил успокоение. ЕГО глаза влажные от нежности, совсем не подходили к грубому лицу. ОН был такой смешной: растерянный и смущенный. ОНА не чувствовала тела, но с удовольствием отследила, как он бережно укутал ее мягким плюшевым пледом. ОНА улыбнулась снова. ЕЕ улыбка была болезненная и  неловкая, но ОН не видел в жизни ничего, более прекрасного. Своенравный цветок в его груди распустился и затрепетал, заставив содрогнуться крепкое тело от приступа удушья. Закашлявшись ОН схватился за грудь и замер, призвав на помощь все свое самообладание. Продолжая держаться рукой за тяжело вздымающуюся грудь, он сказал треснувшим голосом: “Со мной что-то происходит...” ОНА смотрела на него, как на глупого ребенка, слабая улыбка на потрескавшихся губах была снисходительна и печальна. В тот момент, когда ОН сел привычно на пол у изголовья кровати, ОНА протянула к нему свою руку, пытаясь коснуться небритой щеки, в открытом взгляде светилась нежность. Шепот осторожный, как будь-то открывающий великую тайну: “Это- маки... “

0

43

Последнее танго
Часть 4: Схватка
ОНА была еще очень слаба, когда ОН решился вытащить ее на воздух. Закутав хрупкое тело в огромное одеяло, ОН поднял на руки покорный сверток.

“Я ничего не вижу...”-глухой голос из-под одеяла был явно недоволен. ОН открыл нахмуренное лицо. Острый взгляд черных глаз  уколол и капризные губы выдавили: “Там холодно, я не хочу”. “Тебе понравится...” - сказал ОН спокойно и не обращая внимания на недовольное сопение, уверенно вышел в дождливую осень. ОН отнес ее к озеру. Зеркальная гладь воды отражала пасмурное небо и трескалась под каплями редкого дождя. Осторожно посадив  смирившийся сверток в лодку, ОН оттолкнулся от берега и запрыгнул сам. Лодка резко качнулась и ОНА обронила язвительно: “Давай, искупай меня в холодной воде, как раз этого мне и не хватает для полного счастья!” “Будешь ворчать - выкину за борт!” - ответил ОН, вставляя весла в уключины.

Резкие взмахи его сильных рук удаляли лодку от берега очень быстро. Ивы понуро опустившие свои усталые ветви в воду, грациозно раскланивались и отдалялись, прощаясь. ОНА вдыхала с наслаждением влажный прохладный воздух и кидала осторожные взгляды на сидевшего перед ней  мужчину. В его огромных руках весла казались крохотными спичками, распахнутая настежь брезентовая куртка, не скрывала массивную грудь, которая   вздымалась от глубокого дыхания, пытаясь разорвать ткань холщовой рубахи. Упрямый взгляд черных глаз упирался в пространство прямо за ней и не желал быть пойманным. “Куда ты меня везешь?” - спросила ОНА, стараясь придать тонкому голосу максимум спокойствия. “Тебе понравится...”- упрямо повторил ОН так и не одарив ее взглядом.

Свернув в тихую заводь, ОН сложил весла в лодку и тихо сказал: “Смотри...” ОНА обернулась и замерла на мгновенье. Восхитительное зрелище - вздрагивающая гладь водоема в обрамлении остывшего берега, клубящийся пар от пронзающих воду многочисленных ключей, создающий ощущение легкой нереальности и изящные горделивые птицы. Их было много. Шумное хлопанье белоснежных крыльев и торжествующий дикий клич заставили ЕЕ улыбнуться. Лодка продолжала плыть по инерции, лебеди недовольно вытягивали шеи и уступали дорогу. В окружении этих прекрасных птиц, ОНА чувствовала себя, как в сказке. ОН достал буханку черного хлеба, разорвал пополам и протянул половину ей. ОНА  высунула миниатюрную ручку из-под одеяла и одарила ЕГО счастливым взглядом. Кроша мякоть хлеба в воду, ОНА склонялась над засуетившимися птицами. Нежные слова, которые ОНА им тихо шептала, привораживая, успокаивали и приманивали. ОНА начала играть с ними, пытаясь кормить с рук, дикие птицы вырывали хлеб из слабых пальцев и довольно урлыкали. ОН смотрел на нее с предыханием и чувствовал, как волнуется огненный цветок в его груди. ОНА была такой нежной к этим глупым птицам. Теплая улыбка на ее губах, ласковый шепот, локон волос выпавший из укрытия, изящные движения тонких рук волновали его.

Один из лебедей, соперничая с другим за хлебную крошку, рванулся резко вперед и укусил  кормящую руку. ОНА вскрикнула и отстранилась, прижав рану к губам. ОН вскочил резко и схватил нахальную птицу за шею. Лебедь, выпучив глаза,   забил крыльями, но хватка была железной. Гнев, разлившийся из возмущенной  груди ударил в кулак, сжимающий безвольную шею. ЕМУ хотелось разорвать  бестолковую птицу, за то что она посмела причинить ЕЙ боль. Вдруг бледные, тонкие пальцы пронзили ЕГО запястье ногтями. ОН повернул голову и сквозь красную пелену увидел ЕЕ глаза. Огромные черные глаза наполненные крупными каплями слез, которые готовы были скатиться по щекам, оросив ее страх. “Не смей...”- прошептали бескровные губы. “Не смей.”- необъяснимая сила ее рук, впившихся в его запястье. Одеяло соскользнуло с плеч и холодный воздух окутал нагое тело, приводя его в дрожь. Вцепившись в его руку ОНА медленно опускалась на колени, не обращая внимания на свою беззащитную наготу. В ЕЕ взгляде была мольба, она произнесла тихо,  глядя в безумные от гнева глаза: “Он не виноват, что он такой... Отпусти его...” Опустившись и повиснув на ЕГО руке она прошептала: “Мне страшно....” Обессилив, ОНА сдалась, отпустив жестокую руку, закрыла лицо ладонями, и содрогнулась в рыданиях.

ОН, брезгливо отшвырнув кричащую от ужаса птицу, склонился над дрожащим от рыданий телом, закутал в одеяло и обнял.   Покачивая, как маленькую, ОН вытирал горячие слезы и просил прощения. Сдавливая ЕЕ в кольце своих рук, ОН в порыве нежности, покоренный  безгрешностью чистой души,  коснулся осторожно губами дрожащих ресниц и ощутил соленый вкус ее страданий. ОНА затаилась, уставшая от схватки с ним, с облегчением признав свою победу.  Чувствуя, как ОН целует ее руки, пытается согреть их дыханием, она осознала четко, что может управлять им. Открыв глаза,  ОНА посмотрела на облачное небо и, глубоко вздохнув, сказала негромко: “Отвези меня домой..”

0

44

Последнее танго.
Часть 5: Ночь
Вьюга, скучая от одиночества, стучала в окно и просилась на ночь. Тоскливый вой в трубах и шаловливая игра снежных вихрей за окном не давали уснуть. ОНА лежала, закрыв глаза, укутавшись с головой и старалась не слушать тяжелые шаги за стеной. Перед глазами стояла четкая картинка: он ходит из угла в угол, мечется от стены к окну, выкуривая сигарету за сигаретой. Нахмуренные упрямые брови и напряженные скулы, отсутствующий взгляд и тяжелое дыхание - метания вольного зверя, скучающего по таежной свободе.  ОНА поднялась тихонько и на цыпочках, стараясь не выдать себя скрипом половиц, подошла к двери. Прислушалась, затаив дыхание. ОН замер, как зверь пред прыжком, готовый вцепиться в глотку жертвы. ЕЕ сердце остановилось, от страха быть пойманной.  ОНА услышала невнятное бормотанье севшего до хрипоты голоса и скрежет ключа в дверке шкафа. Скрип дверки- ее сердце упало в пятки. Треск разрываемой ткани- ее сердце взмыло вверх и забилось в бешеном ритме. Сдавив пальцами ручку двери, ОНА гордо вскинула голову и прошипела решительно, настраивая себя на битву: “Этого я тебе не позволю!”

ОНА вынула шпильки из волос- черные шелковые пряди упали волной, прикрыв белые плечи. Взглянув на себя в зеркало, она пощипала себя за щеки, придав им здоровый румянец. Покусав губы, ОНА с удовлетворением оценила их волнующую мягкость.  Накинув на себя легкое покрывало, она подвязала его на талии тесьмой и решительно вышла из комнатки. ОНА встала в проеме двери с гордо поднятой головой и сверкающими от страха глазами. ОН с маниакальной нежностью перебирал в руке шелковую ленту и, дико скалясь, задыхался от предвкушения. ОН заметил ее  не сразу.  ЕГО глаза расширились от удивления и пелена безумных глаз окрасилась злобой. ОН стоял и смотрел на нее, застыв. ОНА смотрела прямо ему в глаза и наступала медленно. Шаг, за шагом, не думая о последствиях, готовая ко всему. Приблизившись, ОНА резко выхватила ленту из его рук, завладела оставленным на миг без присмотра свертком шелка и бросила ненавистные  развлечения в ярко пылающий огонь камина. Ткань вспыхнула и забилась, пожираемая огнем.

ОН вырос перед ней мгновенно. Стальные тиски его пальцев сдавили хрупкую шею каторжной оковой. Пена в углах губ и ледяной взгляд  давали явно понять, что он вынес ей приговор. ОНА поняла, что он просто убьет ее, сломав шею. ОНА не сопротивлялась, слабо содрогнувшись, обмякла в его руках.

ОН чувствовал как замирает жизнь под его пальцами.  ЕЕ последний выдох коснулся его щеки, и пробежал по коже. Нелепая улыбка влажных, сочных губ и трепет ресниц над стекленеющими глазами, заставили его опомниться. ЕЕ дурманящий, волнительный запах исходящий от волос и бархатной кожи, который не давал ему покоя уже долгое время, вскружил голову. Ослабив хватку, ОН зарылся лицом в волнистые пряди и вдохнул жадно. ЕЕ вдох свободы у его шеи сорвался тихим стоном с его губ. Срывая одеяние с ее плеч, ОН уложил ее у открытого огня на лежащую под ногами медвежью шкуру. Прыгающие языки пламени украшали немыслимыми узорами белое тело, о котором он запрещал себе думать. Треск огня и завывание ветра в трубе играли странную мелодию знакомого танца.

ОН накрыл ее собой, как саркофагом, обалдевший от возможности отпустить свое желание. ОНА вцепилась в мощную шею руками и отдалась во власть горячих губ, с которых срывались откровенные признания. ОНА таяла от прикосновений жадных рук, как воск свечи под жаром огня, и успокаивала его тихим шепотом, приручая нежной лаской.

В эту ночь две стихии: огонь и вьюга, обвенчали двоих, став свидетелями их клятв.

0

45

Последнее танго.
Часть 6: Цветок
ОНА лежала на белоснежном песке лазурного побережья. Маленький остров, посмевший обнажить свою невинность, выглянув из плена кристально-чистой воды Индийского океана, утопал в ядовитой зелени.  Волны, касаясь  песка, шипели и пенились. Пальмы не скрывали стоявшего в зените солнца, которое гладило бархатную кожу молодой женщины. Широкополая шляпа, края которой были украшены алой атласной лентой, закрывала лицо, оставив солнцу только растянутые в непринужденной улыбке губы. Эти припухшие от поцелуев губы, давно не украшались ярко-сочными помадными карандашами, так как пребывание воска на них было слишком кратковременным. ОНА лежала неподвижно, стараясь не шевелиться,  едва сдерживая смех.

ОН, зачерпнув песок ладонью, склонившись над ее животом, сыпал тонкую струйку песка, стараясь вывести кончиком указательного пальца, задуманную им композицию. Одно неточное движение и ОН, рыча от нарастающего гнева, сдувал все песчинки  и начинал все сначала. Сказочный цветок, который должен был вырасти из ее пупка, опутать кружевными линиями ее соблазнительное тело, никак не хотел получаться.  ОНА иногда приподнимала край шляпы, и поднимала голову, что б оценить первобытное искусство, ОН выдыхал резко: «Не шевелись!» Нахмуренные брови,  сосредоточенно-волевой взгляд и тяжелое дыхание были предвестниками взрыва. Неуправляемого, шизофренического, дикого.

Как ОНА любила отдаваться ему в такие моменты, на грани его хищной необузданности. Когда ОН владел желанным телом без ограничений, не сдерживая себя ни в чем. Кусая, извивающее от стонов тело, заполняя собой, вдавливая в себя до боли, забирал в свой плен, с каждым мощным ударом, повторяя: «Моя… Моя… Моя…».  «Твоя…»- срывалось слабое эхо с ее губ. Когда ОН откидывался, устало на спину, а на лице, еще была печать блаженства, и мощное тело вздрагивало от ее осторожных прикосновений к его плоти, ОН шептал пересохшими губами: «Мне тебя все равно мало…»

Глубоко вздохнув, ОНА сладко потянулась, промурлыкав. Песчаный цветок, уже пробивший ростки филигранными линиями к ее груди, рассыпался и растворился в прошлом.  Чуть повернувшись на бок, ОНА сняла шляпу и  посмотрела на него безвинно. ОН не верил своим глазам, цветок почти был закончен,  а ОНА…

«Ты все испортила!?»- загремел ОН, пронзив воздух вырывающимся безумством.  Его глаза, начали наливаться багровой пеленой, которая стирала грани дозволенного: «Ты его сломала!!!»

ОНА опять не ошиблась. Багровые пятна на искаженном от злости лице, утверждали о вырвавшемся на свободу разъяренном  звере. Мило улыбнувшись, ОНА обвила крепкую шею руками, отдав на терзание свои губы, прошептав сквозь поцелуй: «Я буду послушной…»

***

Когда ОН открыл глаза, прошептав: «мало…», ОНА провела ладонью по его лбу, стерев испарину, положила голову на вздымающуюся от глубокого дыхания грудь. ЕГО сердце билось вольной птицей, стараясь вырваться на свободу. ЕЕ сердце было под его ладонью, и стучало в такт.

«Я хочу вырастить этот цветок в твоем животе» - сказал ОН, поцеловав шелковые пряди волос. «В моем животе уже растет цветок, который скоро назовет тебя папой…» - тихо ответила ОНА. Пылкое сердце замерло на мгновенье, и снова заколотилось. ОНА спрятала улыбку в надежной груди, укутавшись заботливыми  руками, прижавшими ее  к себе в нежном порыве.

Отредактировано Вне закона (2013-02-13 14:49:17)

0

46

Последнее танго.
Часть 7: Последнее танго
В это утро ОНА проснулась, не ощутив на себе тяжести его рук. Еще не открыв глаза, ОНА поняла, что непривычная свобода тела, без ЕГО объятий, самое страшное, что может с ней произойти. Открыв один глаз, она обвела взглядом закрытое легкими занавесками окно, слабый луч солнца пробивался  сквозь оранжевую паутину ткани и, прыгая по стенам, натыкался на предметы, заражая их солнцем. ОНА села на кровать и осмотрев комнату, убедилась в ЕГО отсутствии. Недоуменно подняв бровь, ОНА почувствовала легкую тревогу и беспомощность. ОНА забыла, как можно жить, не ощущая ЕГО присутствия,  не натыкаясь на НЕГО взглядом.

Поднявшись с кровати, ОНА взяла золотисто-румяный персик и, с наслаждением вкусив спелый плод, провела ладонью по животу. Малыш неосознанно, легким толчком отозвался на материнскую ласку. «Все хорошо, сынок…» - бархатный голос звучал уверенно.  Включив радио, ОНА уловила знакомые ритмы любимого танца. Засмеявшись, ОНА закружила по бунгало, наводя мимолетно порядок, вовлекая попадающие под руки вещи, в свой чувственный танец. Заметив на стуле небрежно брошенные им брюки, ОНА сказала, как будь то, ОН был рядом: «Какой же ты, неряха.  Как хорошо, что у тебя есть я…»

Потянув брюки за штанину, она вскинула вверх руку, чуть прогнувшись в спине, и заметила, как из кармана выскользнул аккуратно свернутый кусок черной ткани. Волна страха прокатилась от солнечного сплетения к вискам и ударила больно в мозг. «Не может быть…» - прошептала ОНА, склоняясь над куском материи, отказываясь верить своим глазам. Осторожно коснувшись холодного шелка, ОНА вздрогнула и повела плечами от пробегающего по позвоночнику холодка. В ЕЕ глазах отразился ужас, когда ОНА осознала, что это - черный шелковый шарф. ОНА знала его назначение. Развернув ткань, ОНА захохотала, как помешанная.

ОНА встряхнула головой, стараясь выкинуть пугающие мысли, и с отрешенным взглядом закружила свой танец, развивая черную ленту над собой. Ткань ласково обвила ЕЕ запястье и, скользя по нежной коже, обвилась вокруг шеи. ОНА не сопротивлялась. Нежно сдавливая доверчивую шею, погребально-торжественный шелк переливался траурными бликами, празднуя победу. Найдя успокоение в гармонично пульсирующих звуках ОНА, закрыв глаза, поднималась ввысь. Отсутствие земли под ногами кружило голову. Воздух на высоте такой тяжелый - невозможно вздохнуть. Судорожно вздрагивая, ОНА пыталась наполнить легкие, поймать глоток губами. ОНА была похожа на птицу, с подрезанными крыльями.  Нелепо махая руками, пыталась нащупать сильную, надежную руку, которая была всегда рядом обычно, но искаженное пространство было пустым.

Когда ЕЕ тело упало на пол, ОНА была высоко. ОНА танцевала среди астральной неизвестности, кружа на руках своего сына.

***

ОН отнес ЕЕ в священную долину, которую обрамляли Синие горы со склонами из голубой глины. Когда солнце касалось вершины горы, верхушка плавилась, как свеча, и капала молочно-голубыми слезами к подножью. ОН уложил ее в колыбель цветочного луга и  укутал пушистым облаком. Всматриваясь в закрытые веки, ОН умалял ЕЕ открыть глаза, потом пытался открыть их насильно, называя ЕЕ «непослушной». Тряс за плечи, хватал ЕЕ за руки, целуя безвольные пальцы: каждый ноготок, ладошки, запястья. Вырывая с корнями дикие цветы, ОН выдавливал из них сок. Собрав редкие капли, ОН смачивал липким нектаром ЕЕ губы, стараясь уловить в них хоть проблеск жизни, ОН кусал их, ласкал, не веря в их бездыханность.

ОН был зол на НЕЕ, ох как ОН был зол. ОН кричал на НЕЕ, потом просил прощения, потом рыдал от бессилья, роя землю руками от раздирающей внутри боли. Выл диким зверем, посылая хулы на небо…
 
Через несколько дней ОН устал. ОН лег рядом, сгреб ЕЕ в охапку, обхватив руками остывший живот, и зарывшись лицом в ЕЕ волосах, закрыл глаза. ЕЕ волосы, взволнованные легким ветром, щекотали ЕГО лицо. ОН вдыхал уже слабый аромат нежности и чистоты, стараясь остановить время. ОН шептал ей нежности, и его ласковый шепот струился по бренному, остывшему телу, обволакивая. ОН был с ней. ОН будет с ней. Ему никак без нее...

0

47

Танец прощания...
Встреча -  длинною во взгляд... Минутная слабость -  длинною в танго... Расставание -  длинною в боль.. 

0

48

Убийца человеческих душ...
http://cs5351.vk.me/u65690590/-14/x_f775b4af.jpg

Кто сказал, что любовь прекрасна, чиста и нежна? Дурачье, никогда не любившее.
Почему  цвет любви  -  красный?
Знающие ответят, потому что она пьет кровь человеческую...
Потому что, она стегает глупые сердца терновыми плетями,  наслаждаясь  видом капель  крови, разъедающими ваши души.
Любовь - непостоянна и капризна и   поворачивается к тебе спиной в тот момент, когда ты искренне ее ожидаешь,   надеясь, что  принесет тебе то, к чему мы  стремимся всю свою жизнь...быть необходимым  и любимым... Но нет, от неё не дождешься...
Изначально дав веру, что Любовь  существует такой, какой вы себе ее представите, вкладывая в вашу фантазию, сочетания самого восхитительного и чудесного, что может придумать ваш мозг, Любовь наблюдает, над развитием  потребности в ней... До поры до времени... А уж  когда вы встретите кого-то, кто в ваших глазах увидит такое же желание любить... Вот тогда эта невозможная желанность вступает в бой...
Любовь никогда не бывает мирной, нет... Она - коварна и воинственна... Подарив вам иллюзию, обманет, чтобы вы поверили, что любовь прекрасна,  а спустя время, заберет счастье, оставив вас с оголенной душой на перекрестке разбитых сердец...
”Ах, как она сладка”  подумаете вы, прикасаясь к мягким губам любимого человека. А  Любовь,  сидя на  парапете  на  противоположной  стороне улицы цинично улыбаясь, вкладывает в уста такой близкой вам особы “Прости меня.... Я люблю другого человека..”  И ваш мир рушится, катится в тартарарам, а вы  где-то в глубине души ждете, что  это неправда, что  все образумится и станет по прежнему... А ни фига не станет.. Любовь  никогда не возвращает разменянные фигурки, ей не интересно смотреть, как человечки ходят взявшись за руки и делают по - детски забавные поступки, показывая тем самым степень своего блаженного счастья. Ее это не веселит.. Она любит кровь и  в какой-то момент насылает своё  главное творение - Ревность. Вот теперь-то она и может насладится театрализованным действом под на званием “Твоя жизнь”
Любовь будет покачиваться на гамаке, натянутом над самым краем крыши и обрывая алые лепестки маков ваших чувств, смотреть, на великолепную игру актеров ее театральной труппы.. Она будет восхищаться своим сценарием, будет аплодировать самой себе,  лишь изредка  давая актерам несколько мгновений передышки,  позволяя насладится близостью  и слиянием чувств, от которых сердца трепещут и горят глаза.. Но это не надолго.. Она  каждый раз придумает новый способ отобрать у вас то, что становится  близким,  то, что поселяется внутри и кажется, что всегда принадлежало вам... Но увы... Это не надолго.. Любовь, подгадает момент, чтобы причинить боль, как можно ужаснее, и кровавие... И тогда, чтобы окончательно не свихнуться с ума, чтобы выплеснуть всю тьму отчаяния вы начинаете, рвать словами, соединяя их в рифму или закручивая немыслимыми  жгутами противоречий и несовместимостей..Вы творите свою боль, а некоторые признают это прекрасным, заблуждаясь так же, как и о том, что Любовь - прекрасна...
Любовь делает нас жалкими и смешными, глупыми и жестокими...
.Прикрываясь ее именем  люди убивали друг друга,  проклиная тем самым свои души. Ради  или из-за любви мы умираем, проклиная свои души...
Мы становимся врунами,  преступниками, убийцами во имя любви...
Где в этом всем прекрасное?
Правда, страшно? А ведь  мы, как глупцы, стремимся в  погрузится в омут, в котором нас ждет самое изматывающее наши души, испытание Любовью. Дураки. Чудаки. Чувственные идиоты.
Да здравствует хладный разум!

Попробуйте не согласиться и разубедить меня в этом...  Вряд ли это у кого-то получится... Ведь вы сами это всегда  понимали и чувствовали, но всегда боялись себе признаться...
VM

+1

49

Vедьма Марго написал(а):

Правда, страшно?

По-настоящему страшно только одно - прожить жизнь, не испытав любви. )))

0

50

Из рук моих испей любовный яд
Или отдай другому это зелье,
Но знай, что страсть, везенье, невезенье,
Рай обладанья и разлуки ад,
Бессонниц череда, души полет,
Огонь желанья, ожиданья лед
И нежности безумный звездопад
Улыбок невзначай и невпопад -
Тебе все это будет не доступно,
Как, впрочем, и безрадостное утро,
Которое безжалостно грядет
И упоение блаженное сметет...

+1

51

Счастья! Любви! И много-много улыбок вокруг!!!
http://s4.uploads.ru/Pizg8.jpg

+1

52

http://static.diary.ru/userdir/6/2/0/6/620637/30074769.jpg
"А вы умели ждать? До последнего, до слез… Умели ли вы так ждать? Могли зачеркивать числа в календаре красным маркером, те дни, которые вы так искренне ждали? Могли считать время глотками горького кофе и простудами? Километрами, городами, лицами, объятиями, ночами… Вы научились лгать себе? Лгать так, чтобы верить, чтобы мозг блокировал все явные факты и слепо видел лишь одно то, что придумали себе вы… Вы посчитали сколько капель слез входит в одну чайную ложку? А… ещё… Вы когда- нибудь жили со своей душой в разных городах? Зная, лишь одно: она в надежных руках, она дышит. Это же главное. Вы неудачники… Вы хоть раз глушили свою боль не дешевыми сигаретами и не алкоголем, а силой воли? Знаете, сколько на это нужно адреналина в крови? Как слез в одной чайной ложке… А готовы ли были продать душу за одно мгновение? Только кому нужна эта ваша душа… и носитесь с ней… Ищете, ищете… А знаете как это, хотеть чего-то до боли в животе? Глубокой, ноющей, невыносимой… Знаете? Поздравляю! Вы жили!!!" (из дебрей инета)

0

53

Наташик, я тебя потеряла, отзовись где-нибудь...

0

54

Vедьма Марго написал(а):

Она больше не вспомнит тебя?
- Когда придёт время, я верну ей  память. Пусть окрепнет, Душа моя…

Здорово, мне понравилось!

0


Вы здесь » Виртуальная планета. Творческий форум. » Авторская проза форумчан » Личная страничка Ведьмы Марго


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC